Начнем с Ушуайи — южнее нет ни одного города, дальше только океан и льды Антарктиды. Пройдем на катамаране по каналу Бигль мимо лежбищ морских львов и колоний пингвинов, к старому маяку посреди пролива, а в национальном парке Огненная Земля постоим там, где заканчивается Панамериканское шоссе — дорога, что тянется через всю Америку от Аляски и обрывается здесь, у воды: дальше суши нет.
Целых два дня отдадим ледникам. Перито-Морено — живая стена льда в пять километров шириной и высотой с двадцатиэтажный дом — предстанет и с берега, с мостков у самой стены, и с воды, во время круиза мимо плавучих айсбергов к соседним ледникам. Лед медленно сползает в озеро, и время от времени огромные глыбы с грохотом рушатся в воду. Это одно из самых сильных зрелищ Патагонии.
А в чилийском парке Торрес-дель-Пайне нас ждут три гранитные башни под облаками, ярко-бирюзовые озера с плавучими айсбергами, стада гуанако и парящие кондоры. Свет и краски тут меняются весь день, и парк ни минуты не бывает одинаковым.
И это не все: впереди яркий Буэнос-Айрес с танго, Сантьяго и цветные города на тихоокеанском берегу.
Дикая, первозданная природа и настоящее чувство края света, где кончается суша и начинается Антарктида, — вот что такое эта поездка.
Ушуайя: последний город перед Антарктидой
В этом туре мы забираемся на самый край земли — в Ушуайю. Южнее нет ни одного города на свете: дальше только океан, а за ним льды Антарктиды. Городок зажат между черной водой залива и снежными горами, и деться ему некуда. Стоишь тут — и ясно чувствуешь: вот он, самый низ карты.Из Ушуайи катамаран увозит нас в канал Бигль — пролив, которому имя дал корабль молодого Дарвина. Мы идем от острова к острову, и каждый живет своей жизнью. На одном разлеглись усатые морские львы. На другом гомонят птицы. А на песчаном берегу переваливается целая толпа пингвинов, и людей они совсем не боятся — расхаживают рядом, важные, и то и дело ныряют за рыбой. Посреди пролива, на голой скале, стоит красно-белый маяк — тот самый маяк на краю света. Он светит кораблям с начала прошлого века.
Национальный парк Огненная Земля запомнится другим. Здесь обрывается Панамериканское шоссе — дорога через две Америки, от самой Аляски. Тянется через целый континент, а тут, у холодной воды, попросту заканчивается. Дальше суши нет, только знак на обочине. И у этого знака понимаешь по-настоящему, куда забрался: на самый край обитаемого мира.
Такой Ушуайя и остается в памяти — последний берег земли.
Перито-Морено: ледник, который живет и движется
Перито-Морено сползает с Анд и обрывается прямо в озеро отвесной ледяной стеной: пять километров в ширину, высотой с двадцатиэтажный дом. Лед в ней голубой, будто подсвеченный изнутри, — за сотни лет он спрессовался так плотно, что впитал синеву. Мы подойдем к этой стене по мосткам, совсем близко.Но Перито-Морено не из тех ледников, на которые просто смотрят. Он живой: медленно, незаметно ползет к воде, и край его то и дело обламывается. Стоим у ограждения, любуемся — и вдруг где-то в толще льда раздается треск, резкий, как выстрел. Через миг целая глыба откалывается и с гулом рушится в озеро, вздымая волну. Эхо катится по воде еще долго.
Где и когда это случится, не угадать. Поэтому у стены всегда людно: все ждут, когда же грохнет. Кто-то дожидается за минуту, кто-то стоит час — и мы тоже постоим, вместе со всеми, глядя на лед и вслушиваясь в тишину. А потом снова грохот — и снова волна по озеру.
Домой увезем не только фотографии ледника, но и звук: треск, гул и долгое эхо над водой.
Торрес-дель-Пайне: башни, озера и патагонский ветер
Торрес-дель-Пайне часто зовут самым красивым парком на земле — и, увидев его, понимаешь, откуда такая слава. Над патагонской степью стоят три гранитные башни, почти отвесные, под три километра высотой, острые, как зубцы. В честь них парк и получил имя: Торрес значит башни. Рядом — Куэрнос, рога Пайне: скалы, у которых низ светлый, а острые вершины темные, будто их обмакнули в чернила.У подножия разлиты озера небывалого цвета — бирюзовые, молочно-голубые: такими их делает ледниковая взвесь, мельчайшая каменная пыль в воде. По одному плавают голубые айсберги. По степи бродят гуанако, здешняя родня лам, а высоко над ними парят кондоры.
Но самое удивительное — что парк все время меняется. Здесь царит знаменитый патагонский ветер: он гонит облака, и погода меняется по десять раз на дню. Только что светило солнце — и вот уже налетел дождь, а следом опять прояснилось; башни то прячутся в тучах, то загораются на солнце. Оттого и краски все время новые, и одна и та же гора через час выглядит совсем иначе.
Мы проведем здесь целый день — среди башен, озер и ветра. И, скорее всего, ни у кого не выйдет двух одинаковых снимков: Торрес-дель-Пайне не повторяется.
Это лишь некоторые из мест, которые мы увидим во время путешествия. Маршрут намного богаче. До встречи!
